Меню сайта
Главная » Статьи » Литература 20 века » Зощенко М.М.

В категории материалов: 10
Показано материалов: 1-10
Страницы:

Сортировать по: Дате · Названию · Рейтингу · Комментариям · Просмотрам

Накануне дети получают домашнее задание прочитать рассказы "Галоша" и "Встреча", и урок начинается с вопроса: "На произведения каких писателей и чем похожи эти рассказы?" Дети вспоминают "Лошадиную фамилию" Чехова и "Ночь перед Рождеством" Гоголя. Они, по мнению учеников, такие же веселые. Соглашаясь с этой догадкой, привожу мнение Сергея Есенина, сказавшего о Зощенко: "В нем есть что-то от Чехова и Гоголя".


За «Елкой» идет один из самых длинных рассказов цикла — «Великие путешественники». Он также один из позднейших (впервые опубликован в «Звезде», 1940, № 10). Здесь рассказывается о приключениях автора в возрасте шести лет, когда он со старшей сестрой и сыном дачной хозяйки отправился тайком в кругосветное путешествие.


«Елка» — шестой рассказ в цикле — был опубликован первым. Он появился в номере «Ленинградской правды» от 1 января 1938 г. и затем в нескольких сборниках Зощенко. В этом рассказе больше, чем в остальных, обнажается библей­ский фундамент всего цикла. Рассказчик в «Елке» сознатель­но, умышленно отведывает запретного плода и за это нака­зан. В этом рассказе автор точно указывает свой возраст и возраст сестры во время описываемых событий. Сравнивая его с другими историями, мы видим, что события в нем происходят раньше других, т. е. что описанное здесь первородное грехопадение предшествует всем остальным приключениям.


В рассказе «Тридцать лет спустя», впервые опубликованном в «Звезде» (1940, № 3-4), переплетаются темы детской ревности, разного отношения взрослых к детям, еды и подарков, но теперь они приводят к другим результатам, в отличие от предыдущих рассказов цикла. Это произведение тоже начинается со сравне­ния брата и сестры: у них разная склонность к заболеваниям, и реакция родителей на страдания каждого разная.


Рассказ «Галоши и мороженое» впервые был опубликован в «Крокодиле» (1939, № 5). Здесь, по сравнению с предыдущим рассказом цикла («Не надо врать»),  нарастает серьезность проступков, совершенных детьми, нарастают и последствия. Рассказчик вводит нас в действие, говоря о своей детской любви к мороженому и о том, что мать, беспо­коясь за здоровье детей, не позволяла его есть ни ему, ни сестре.


Первый рассказ цикла «Леля и Минька», «Не надо врать» (впервые опубликован­ный в «Звезде», 1940, № 3—4), задает тон следующим. Слу­чай, о котором повествуется здесь, появляется также в  «Перед восходом солнца», где называется «Это недоразуме­ние». В обоих «вариантах» рассказчик, испуганный перво­классник, не может прочитать наизусть стихотворение Ники­тина «Зимняя ночь в деревне»  и получает плохую отметку.


Среди многочисленных сочинений, написанных Зощенко для детей, выделяется цикл рассказов, озаглавленных «Леля и Минька». Все они, кроме одного, появились в 1938— 1940 годах и публиковались не в том порядке, в каком были расположены позже. Когда Зощенко, наконец, опубликовал их вместе (в 1946 г.), под общим заголовком, выбранный им порядок связал рассказы так умело, глубоко и последователь­но, что эти восемь вещей образовали вполне единое целое, безупречное по структуре.


Немало написано уже о художественном языке М.М. Зощенко, однако в некоторых исследованиях главенствует разработка сложившихся уже представлений, которым и подчиняется авторское истолкование произведений.

Хорошо известно, между тем, что у Михаила Михайловича прочитывалось многое в контексте советской подцензурной эпохи. На его создания переносилась творческая стесненность личности без учета возможностей художественного слова не только преодолевать цензурные препоны, но также и уводить автора от приспособительных упрощений и рассудочного страха.


Еще в 1920-е годы Зощенко заслужил по праву высокое имя народного писателя. Герои, созданные им, были в своих поступках и поведении, мягко говоря, малопривлекательны. Эстетическое чувство читателей "Аристократки" и других его миниатюр, которые составили вместе энциклопедию советской жизни, естественным образом не оказалось оскорбленным. Чтение этого автора - один из наиболее эффективных случаев лечения смехом.


В рассказах Зощенко запечатлен величайший историчес­кий слом, который произошел в нашей стране и отразился на всех сторонах жизни россиян. Но писатель силен не там, где он пишет конкретно-исторические повести, такие, как «Воз­мездие» или «Керенский». Подлинно художественная глуби­на и сила прозрения проявляются в его небольших рассказах. За незначащими событиями, мелкими, можно сказать, про­исшествиями вдруг открываются черты глобальных потрясе­ний, изменивших не только общество в целом, но и каждого человека, его составляющего.