Меню сайта
Статьи » Литература 19 века » Гоголь Н.В.

Сочинение: Галерея помещиков в поэме "Мертвые души" Гоголя

  • Статья
  • Еще по теме

Поэма «Мертвые души», над которой Гоголь работал 17 лет, вышла из печати в 1842 году. Это была, как говорил Герцен, «удивительная книга, горький упрек современной Руси, но не безнадежный». Отрицая безобразную действительность современной ему жизни, Гоголь судорожно стремился к идеа­лу, но не находил его. Опять сквозь «видимый миру смех» над душевладельцами-помещиками, мертвыми душами, проступа­ли невидимые слезы боли за униженную крепостничеством Родину и маленького человека. Вся Русь явилась в этом про­изведении, раскрылись все углы и закоулки русской провин­ции, все ее социальные слои: крестьяне, мещане, помещики. Чичиков, главный герой поэмы, связующее звено цепи, будто с зажженной свечой водит читателей по картинной галерее от одного портрета к другому, и на каждом один герой был пошлее другого.

Наше знакомство с помещиками начинается с прекрасно­душного Манилова и кончается Плюшкиным, «прорехой на че­ловечестве», объединяя всех в страшную картину разложения общества. Что же собой представляет каждый в отдельности?

Манилов не лишен приятности, но чересчур слащав и подобострастен, без «своего задора». Поначалу он кажется добрым малым, но уже в следующую минуту «скажешь: черт знает что такое! и отойдешь подальше». В армии он считался образованнейшим человеком, хотя дальше 14-й страницы в книге, лежащей дома, на его столе, дело не идет. Впрочем, у него не было ничего законченного: ни дома, ни мебели, ни прожектов с мостами и бельведерами. Его мечты были убоги­ми, как и он сам. О реальной жизни он не имел представления, а о крестьянах — тем более: умирало много, а сколько — Бог весть!

Сделку, предложенную Чичиковым, он просто не может постичь, но соглашается на нее, как «какой-нибудь слишком умный министр с глубоким выражением в лице». Вот она, маниловщина, разлитая по обширным пространствам России.

Если Манилов не понимает ничего в хозяйстве и уносится мечтами в заоблачные выси, то хозяйственная, расчетливая Коробочка твердо стоит на земле, сохраняя равновесие с по­мощью пестрядевых мешочков с целковиками и полтинничка­ми, которые лучше держать в комоде, чем пускать в дело. Жадная, глупая, она боится прогадать в сделке с Чичиковым, проявляя «дубинноголовое» упрямство, как, впрочем, «иной и почтенный и государственный человек». Таким более чем прозрачным намеком завершается и этот портрет.

Прямо противоположен улитке-Коробочке, не вылезаю­щей из своего домика в минуту опасности, Ноздрев. В нем есть что-то открытое, удалое, лихое. Он кутила и говорун, ездит по ярмаркам и балам, имеет «страстишку к картам», но играет не совсем чисто, лжет без нужды, а по призванию, и имеет фено­менальную способность меняться на что попало. Хозяйство его ведется так, как варится обед — катай-валяй, а вкус, верно, выйдет какой-нибудь. Даже предложение Чичикова он прини­мает как очередную игру: авось выйдет что-нибудь. Ноздрев — «исторический человек», не обходится без историй, а то и нагадит ближнему, как «иной и в чинах, и со звездой на груди, а нагадит так, как коллежский регистратор».

Собакевич, в отличие от Ноздрева, неладно скроен, да крепко сшит, человек-кулак. Он расчетливый хозяин, хитрый торгаш с медвежьей хваткой. Все его поместье прочно и крепко, каждая вещь напоминает: «и я тоже Собакевич!» В нем все — грубая животная сила без проблеска человечности и ума. Но он с полунамека догадывается о цели приезда Чичикова и пытается извлечь выгоду: мошенник пытается провести мо­шенника, вор у вора дубинку крадет. Страшно представить, что такой Собакевич займет видное место, да и станет себя показывать. «Да такое выдумает мудрое постановление, что многим придется солоно».

Рисуя портрет Плюшкина, Гоголь показывает, до какой гадости может дойти человек, как опуститься. Но и здесь все похоже на правду, потому что все может статься с человеком.

Плюшкин, имевший 1000 с лишком душ, отличное хозяй­ство, от мудрой скудости обратился в конце концов в какую-то прореху на человечестве, напоминая бабу-ключницу, а хо­зяйство превратив в прах. Жадность, как черная дыра, высасы­вает из Плюшкина и его деревень все соки, она лишает его последних признаков человечности. Но у скупости волчий голод: чем больше пожирает, тем становится ненасытнее. Назад пути нет. Что же впереди?

Галерея помещиков, созданная Гоголем, потрясла Россию. Это была история болезни, написанная жестко и твердо, в ней, как в зеркале, увидели помещики свое истинное лицо, по­шлость и скудость своей мертвой жизни.

Источник: 100 сочинений для школьников и абитуриентов. М.: КЕЛВОРИ ЛТД, 1996

Понравился материал?
0
Рассказать друзьям:
Просмотров: 65