Меню сайта

Статьи » Литература 19 века » Салтыков-Щедрин М.Е.

"История одного города": прототипы героев

  • Статья
  • Еще по теме

Салтыков был тонким иронистом, владеющим богатейшей стилевой палитрой, смелым и язвительным писателем-сатириком. Наиболее разнообразно и ярко его сатирический талант проявился в цикле «Сказки» и романе «История одного города» (1870) — одном из величайших произведений русской литературы, шедевре литературно-художественной сатиры. Существовали ли у персонажей из произведения "История одного города" прототипы? Давайте выясним этот вопрос.

Глупов переживает в своей истории эпоху непрерывных бунтов и смены правителей. Как и должно быть в настоящем художественном произведении, здесь нет прямолинейных исторических параллелей, но упоминаемое в изображаемой событийной фантасмагории слово «санкюлот» и имя одного из лидеров Великой французской революции Марата (поставленные в нарочито пародийный контекст) играют роль смысловых «сигналов», наводящих читателя на нужные автору ассоциации. Рассказываемое далее наводит на столь же верные ассоциации с десятилетиями «женского правления» в России XVIII в.

Гротесковые образы претенденток в градоначальницы ни в коей мере не страдают схематизмом — они обладают вполне реалистической характерностью. Фигура каждой из «градоначальниц» при своей несомненной полной фантастичности жива и колоритна, обрисована красочно и броско в произведении "История одного города". Прототипы этих героинь выискивает уже не одно поколение исследователей.

События в Глупове развиваются все более стремительно. Вот уже «некоторая авантюристка Клемантинка де Бурбон» «предъявила права свои» и сместила Ираидку, которая, впрочем, не сдалась, а «собрав награбленные в казне деньги, в виду всех взлетела на воздух». Начинает править Клемантинка, а вместе с ней некие «пан Кшепшицюльский и пан Пшекшицюльский». Эти имена — тоже весьма определенный смысловой сигнал, после которого читатель неминуемо вспоминал модную тогда тему то и дело затеваемых поляками политических интриг, заговоров и т. п., и изображаемое еще больше насыщалось не только историческими, но и современными политическими ассоциациями.

Вскоре поляки свергли и немку Амальку. Анелька Лядоховска, в свою очередь придя к власти, немедленно велела ставить в Глупове католические костелы.

Так каковы же прототипы градоначальников в "Истории одного города"? Разумеется, «Ираидка», «Клемантинка», «Амалька», «Анелька» и прочие «градоначальницы» не могут быть прямо соотнесены с Екатериной I и Екатериной II, Анной Иоанновной, Анной Леопольдовной, княжной Таракановой, Мариной Мнишек из Смутного времени XVII в. и т. д., равно как неизменные «пьяные солдаты» (при помощи которых устраиваются в Глупове перевороты) не есть прямой намек на братьев Орловых, гвардейские полки и т. п., да автор к этому и не стремится. Его условная ироническая образность, гротесковые ситуации в своей непосредственной конкретности предельно удалены от русской исторической реальности. Салтыковым создан сказочный мирок в произведении "История одного города". Прототипы в нем специально отыскивать было бы не совсем правильно. Однако создан он по извечному принципу крупных писателей: «Сказка ложь, да в ней намек» (А.С. Пушкин). Потому необходимо подчеркнуть, что щедринская «История одного города» — произведение весьма точное в историческом смысле. Исследователи не раз отмечали, что, при всей демонстративной условности и запутанности перипетий, его общественно-исторические аллюзии поразительно четки. Однако это художественная четкость — точность образов, ассоциаций и интонаций (а не «научная» точность). Образы салтыковского произведения нередко напоминают фантасмагории Иеронима Босха, достигая при этом конгениальной им силы. Условная фантастика и эзопов язык послужили Салтыкову-Щедрину средством приближения к глубинной сути исторических фактов.

Подобно «градоначальницам», нет особого смысла искать прямые прототипы и фантастическим образам градоначальников Глупова (Урус-Кугуш-Кильдибаев, Ламврокакис — «беглый грек», Брудастый с «органчиком» в голове, Прыщ с «фаршированной головой», Фердыщенко, который «вздумал путешествовать», и др.). Градоначальник Угрюм-Бурчеев, который «разрушил старый город и построил другой на новом месте», неоднократно сопоставлялся с Николаем I и его государственной деятельностью. Однако в этом не больше смысла, чем в попытках напрямую соотносить «Ираидку», «Клемантинку» и т. д. с кем-то из реальных русских цариц. Скорее здесь гротесковый образ правителя-волюнтариста, правителя-тирана, который, не считаясь с реальностью, пытается осуществлять «революцию сверху».

Точно так же «путешественник» Фердыщенко — образ правителя-имитатора, который втайне не способен ничем управлять и реальную работу подменяет трескучими эффектами. Так, чтобы ознакомиться с жизнью своих сограждан «на местах», он затевает путешествие из угла в угол городского выгона. Везде во время остановок ему задавались пиры, толпа его приветствовала, изображая «народную любовь», — «стучали в тазы, потрясали бубнами, и даже играла одна скрипка». Запутавшись в созданной им же неразберихе, такой градоначальник способен только вызвать для усмирения «глуповцев» воинскую команду. Итак, мы вкратце разобрали произведение "История одного города". Прототипы его героев, надеемся, теперь вам ясны.

Источник: Минералов Ю.И. История русской литературы 19 в. (40-60-е годы). М.:Высш. шк., 2003

Понравился материал?
6
Рассказать друзьям:
Категория: Салтыков-Щедрин М.Е. | Добавил: katerina510 (13.03.2016)
Просмотров: 7929 | Теги: История одного города