Меню сайта

Статьи » Литература 19 века » Лермонтов М.Ю.

"Когда волнуется желтеющая нива...": анализ стихотворения Лермонтова

  • Статья
  • Еще по теме

Стихотворение «Когда волнуется желтеющая нива…», анализ которого мы проведем, отделено от юношеского творчества Лермонтова всего несколькими годами, но за это время в жизни поэта произошли важные перемены. Оно написано «узником», создано заключенным в Главном штабе, ожидающим решения суда о своей дальнейшей судьбе. Автобиографические моменты усиливают значение вывода, содержащегося в произведении, где утверждается возможность гармонии, «счастья... на земле», постижения божественного смысла бытия.

Как и в элегии Жуковского «Вечер», к таким мыслям приводит созерцание природы, хотя у Лермонтова воспроизведен пейзаж в воспоминании. Впечатления лирического героя похожи на вспышки пламени, освещающего желтеющее в августе поле, плоды в саду, июньское цветение ландышей, весеннюю свежесть леса, холод ключа в овраге. В них важна не последовательность, связанная со сменой времен года, а субъективная значимость. Все подробности появляются в рамках одного сложноподчиненного предложения («Когда... тогда...»), как и в раннем стихотворении «Весна», но исчезает превалирующий там пессимизм. Природа предстает «в каком-то смутном сне», сквозь который конкретика цветов, звуков и запахов, с которой обрисован неброский среднерусский пейзаж, кажется воплощением земной красоты.

В первом четверостишии на картине появляются яркие мазки:

Когда волнуется желтеющая нива,

И свежий лес шумит при шуме ветерка,

И прячется в саду малиновая слива

Под тенью сладостной зеленого листка...

Во втором — к ним добавляется серебристый цвет ландыша. Все освещено солнцем, разливающим «Румяным вечером иль в утра час» золотой свет. Если в первой строфе природа «прячется», то далее «приветливо кивает» (вторая строфа), «лепечет... таинственную сагу» (третья строфа; сага — сказание, от древнескандинавского слова, обозначающего жанр повествовательного эпоса), открывая загадку жизни. Как и у Жуковского в элегии «Вечер», все чувственные впечатления сливаются (в первом четверостишии желтый цвет, сочетаясь с малиновым и зеленым, перекликается с шумом ветерка, слива прячется, нива переливается на солнце; нива — посевы на поле). Во второй строфе стихотворения «Когда волнуется желтеющая нива…» Лермонтова ландыш обрызган росой, зрительный акцент сочетается с запахом и эмоциональными нотами: роса утоляет духовную жажду, для лирического героя находится «приветливый» спутник:

Когда, росой обрызганный душистой,

Румяным вечером иль в утра час златой,

Из-под куста мне ландыш серебристый

Приветливо кивает головой...

В третьей строфе выявляется скрытый в двух первых мотив движения: ручей играет, мчится из «мирного края». В первом — втором четверостишиях он был только намечен (волновались, двигались от ветра колосья; была не видна за листом, как будто пряталась от солнца, слива; ландыш рос под кустом, выглядывая из-под него). «Студеный ключ» не охлаждает воображение лирического героя, напротив, оно включается в его игру, в журчании слышен лепет, таинственные слова об идеальном мире:

Когда студеный ключ играет по оврагу

И, погружая мысль в какой-то чудный сон,

Лепечет мне таинственную сагу

Про мирный край, откуда мчится он...

Эти слова понятны и близки лирическому герою, его мысль, отрешаясь от обыденности, от бесплодных сетований, обращается к постижению новых истин. Вслед за тремя придаточными предложениями, обрисовывающими условия, при которых романтик готов согласиться с земным несовершенством, в последнем четверостишии воспроизводится главное, воспринимающееся в связи с тем, что им завершается стихотворение, как итог, вывод:

Тогда смиряется души моей тревога,

Тогда расходятся морщины на челе,—

И счастье я могу постигнуть на земле,

И в небесах я вижу Бога...

В образе лирического героя стихотворения «Когда волнуется желтеющая нива…», анализ которого нас интересует, на первый план выходит способность внимательно вглядываться в черты реальности, находя в ней красоту и гармоничность, отражающие небесный идеал. Природа предоставляет возможность человеку «постигнуть на земле» высшее счастье, увидеть согласие идеала и действительности.

Они звучат в жизнеутверждающем аккорде, обусловливая торжествующий пафос стихотворения. Субъективность впечатлений («мне... кивает», «лепечет мне») и выводов («я могу постигнуть», «я вижу») ставит в центр мироздания лирического героя, возвышая его личность. В ней есть нечто, отличное от чувства и разума чело века (лирический герой постигает то, что неизвестно в земном мире, видит Бога). Как и у Жуковского, в передаче сверхчувственного и внеразумного опыта участвует музыка. Цвета, запахи, звуки сливаются, создавая неповторимую мелодию. Фоническое своеобразие дополняет смысловую музыкальность. Текст пронизан ассонансами, внутренними рифмами, звуковыми повторами.

Об элегии Жуковского «Вечер» напоминают (помимо шестистопного ямба, которым написаны три первые строки в разностопной строфе Жуковского) повторы гласных с полугласным, слышные у старшего поэта в первых же строчках («Ручей, виющийся...»), а у Лермонтова пронизывающие весь текст (волнуется желтеющая», «росой обрызганный душистой», «какой-то смутный сон», «мирный край», «И счастье я могу») и сочетающиеся с повторами гласных с сонорными:

И прячется в саду малиновая слива

Под тенью сладостной зеленого листка;

Когда, росой обрызганный душистой,

Румяным вечером иль в утра час златой...

Перекликаются звуки в рифмованных словах (мужские рифмы первого четверостишия — с женскими третьего, мужские второго — с женскими четвертого). Повторение союза «и» сообщает высказыванию восходящую интонацию, разрешающуюся в выводе, который заканчивается многоточием, свидетельствующим о недосказанности, о возможности продолжения. Она сочетается с другим впечатлением — композиционной завершенности, обусловленной построением стихотворения-предложения.

Внутренний мир лирического героя Лермонтова, обрисованный в стихотворении, дополняет его характеристику. Не отступая от романтических представлений, стремясь к абсолютной гармонии, он готов принять земной мир, жаждет испытать счастье, покой. Неосуществимость его мечты связана в контексте произведения не с максимализмом требований к жизни, а с неотвратимостью ударов рока, размышления о котором вселяют в его душу тревогу, не допускают того, чтобы он предавался иллюзиям о мирном, сладостном, счастливом бытии. На узника судьбы ложится трагический отсвет, побуждающий внимательнее и бережнее прислушиваться к его «таинственной саге». В ней могут содержаться единственные в своей субъективности откровения, «смутные» догадки о смысле земного существования и о вмешательстве в него Бога.

Источник: Буслакова Т.П. Как анализировать лирическое произведение. - М.: Высш. шк., 2005

Понравился материал?
3
Рассказать друзьям:

другие статьи появятся совсем скоро

Категория: Лермонтов М.Ю. | Добавил: katerina510 (23.02.2017)
Просмотров: 4045 | Теги: Когда волнуется желтеющая нива