Меню сайта

Статьи » Литература 20 века » Быков В.В.

Образ Сотникова в повести "Сотников" Быкова В.В.

  • Статья
  • Еще по теме

Сотников... О нем можно говорить долго. О его максимализме. И о его совестливости. Об ответственности его выбора. О мужестве и высоте духовных устоев этого человека. И о его молчании, которое стоит дороже иных громких слов. О том, что не сдался на милость обстоятельствам. О силе, заложенной в нем. О том, что лишь ему самому дано испытать себя. О его переживании, действительном и очень искреннем, чувстве страшного отчаяния, обнаженной тоски и полного одиночества — чувстве, которое должен был испытать и преодолеть герой В. Быкова в отведенные ему судьбой часы жизни.

Его, наверно, можно поставить в ряд тех героев-максималистов, стоиков, который в советской классике начинается с Павки Корчагина, а в мировой — с Овода. Мысли и чувства этого человека — история и содержание его поступков; как раз на всем этом и основана логика интенсивности повествования в «Сотникове». Без интенсивности нет наглядности, без наглядности нет изображения. Это почти как с верой: как она ни глубока, она никогда не бывает полной, если и беспрестанно не поддерживать или, во всяком случае, не давать ей разрушаться.

Если человек оказывается существом, обреченным рассчитывать исключительно на свои собственные силы,— а так именно и случилось с Сотниковым,— то единственной и высшей ценностью становится сама жизнь, которой надлежит придать полную, завершенную форму.

Сохранение дисциплины перед лицом смерти требует строгого контроля над воображением, пока оно еще не раскрутилось, не стало абсолютным. Это требует и полного сосредоточия человека на каждом действии, как если бы это единственное действие составляло в данный момент всю жизнь. Сотников в своих действиях с самого начала являет пример подобной сосредоточенности, хотя его максимализм, осознанный и очень последовательный, благодаря которому он и сможет в конце возвыситься над собственной судьбой, обретает полную силу тогда, когда герою приходится прибегать к мотивам более наглядным, чем только словесный метод выражения. Они-то и приводят в результате к огромной нравственной победе, заставляющей думать, что характер человека — это только до известной степени его судьба.

Но если Сотников обнаруживает свое подлинное — и, как оказалось, в высшей степени нравственное — лицо в те моменты, когда победа необходимости над свободой заставляет каждого из партизан сделать выбор, то он столь же серьезно рассматривает и другую сторону встающей перед ним проблемы — единственности человеческой жизни. Да, размышляет он, «физические способности человека ограничены в своих возможностях, но кто определит возможности его духа?"

Читателя как бы завораживает этот вопрос: какой же именно из возможных трагедий разрешится следующее от эпизода к эпизоду нагромождение одного несчастья на другое? Но это не все. Помимо прочего, вопросы, которыми задается Сотников еще до того, как он познал все это в единстве — бесценность уходящей жизни и триумф духовного освобождения,— когда он вложил в доставшееся ему испытание всего себя, свое сердце и сделал все, что мог, — наглядно демонстрируют назначение этого и других любимых героев В. Быкова: они скорее защищают истинные ценности, нежели разрушают фальшивые. И автор точно выбирает финальные сцены, когда его загадочный персонаж, в глубинах которого происходит непрестанная работа души, символизирует твердость духа и на все попытки врагов запугать его отвечает молчанием, понимая, что нельзя показывать свою слабость врагам, точно так же, как и чувства, которые к ним испытываешь.

Давая читателю возможность приобщиться к прошлому своего героя, вжиться в его фронтовую судьбу, автор тем самым дает доказательства того, что поступки Сотникова продолжают отражать его прежнюю сущность. Внезапное нападение гитлеровцев, мужественное поведение Сотникова в бою, разгром батареи, плен, побег, потом партизанский отряд. И всюду и всегда он стремится выложиться полностью. Этот максималист везде идет до конца.

Именно он по-настоящему жалеет Демчиху. Он, а не Рыбак. Быков всякий раз это подчеркивает — деталью, скупым, но выразительным жестом, движением глаз героя. И везде у него видна совесть. Она у Сотникова, бывает, граничит с наивностью, как в тот раз, когда, голодный, наотрез отказался поесть у старика старосты. Но именно совесть объединяет собой все начала в этом человеке, накладывает четкий отпечаток на его поступки.

В мире войны, в котором он существует, Сотников научился смотреть открыто и брать причитающееся ему честно; он в бою не прятался за чью-то спину с видом мальчика, которого следует пожалеть. В партизанском отряде, где очутился волею судьбы, поступать, как все, для него было уже недостаточно, стало необходимо с каждым часом поступать лучше. Вот почему, будучи больным, он пошел с Рыбаком на задание. И вот почему, когда партизаны натолкнулись на полицаев, он, не раздумывая, вступил с ними в перестрелку.

В. Быков объясняет поведение Сотникова, стремясь к исследованию мира души этого человека, причем нередко — в ярких и сильных образах. На всем протяжении рассказа о нем герой проявляет самостоятельность духа, ответственное отношение к происходящему. Да, он переживает минуты слабости, колебаний, хотя и по другим, нежели Рыбак, причинам. И это как раз обогащает его собственную правду, делает ее вполне сознательной. Главное еще и в том, что ему ненавистна роль наблюдателя, чтобы жить, он должен участвовать. Смерть не является чем-то трагичным для этого человека, который столько раз имел с ней дело— на передовой, в плену. А в конце он ценой собственной жизни стремится вывести других из круга смерти.

Все, что рассказано В. Быковым о своем герое,— все настроено на взволнованно звучащую волну любви к этому человеку, которого трагедия приближала к более глубокому пониманию жизни. Ни в чем не спрямляя характер Сотникова, писатель нашел удивительно верные для его образа краски в картине воспоминаний об отце. Это когда избитый и совершенно обессилевший Сотников, сидящий в темном подвале вместе с Демчихой, Рыбаком, старостой Петром и тринадцатилетней Басей, «вдруг понял, что истекает их последняя ночь на свете». Его, Сотникова, последняя ночь. Именно тогда он и приготовился к смерти, окончательно примирившись с ней. Правда, он не знал еще, что его ждет не пуля, а полицейская веревка.

Все его чувства, способность переживания и осмысления, даже просто слух, а более всего память предельно обострились. Память — как одно из свидетельств внутренней силы Сотникова, его способности страдать и переживать это страдание. Тогда он и обрел бесценную поддержку. Она явилась перед ним в виде отца — человека бесконечной мудрости и терпения, к тому же обладающего преимуществом опытного наблюдателя, озирающего ход битвы сына с врагами. Именно мужеству и терпению этого человека, кавалерийского командира, инвалида гражданской войны и часового мастера, который «учил его правде и ответственности перед другими людьми» герой В. Быкова, поглощенный своим сражением с полицаями, покрытый грязью и кровью, обязан тем, что устоял перед чувством безнадежности, которым сопровождались его усилия воплотить свой план в жизнь. Он не сдался потому, что отец не позволил ему сдаться. В тот момент бывший краском Сотников вряд ли мог сделать для сына больше того, что он сделал. Сотников услышал голос отца, и сразу же боль и страдание отступили, и пришло ясное сознание того, что он должен совершить.

Отец — это как бы начало тебя самого. Поэтому у каждого по всем законам жизни должен быть отец. Живой или мертвый. Главное, чтобы это был отец настоящий. Именно таким он был у Сотникова.

Признание Сотникова, на которое он решился,— это не только попытка спасти других — Демчиху, старосту Петра, Рыбака; в своем усилии — а оно для героя В. Быкова многого стоит, ибо надо прервать молчание и вступить в разговор с врагом, — он апеллирует не просто к чувству, но и к разуму своему. Он уже знал, что у смерти должен быть свой смысл и тогда она освещает всю жизнь, которая для Сотникова должна была вот-вот завершиться. Вот почему он смело решается на рискованную попытку превратить свое поражение в победу, взяв всю ответственность на себя. Ибо что еще можно было сказать врагам, когда все сделалось и, он это понимал, по-другому уже не переделается. Осталось лишь подарить им свою жизнь — воистину мощный финал.

Источник: Шагалов А. А. Василь Быков. Повести о войне. — М.: Худож. лит., 1989.

Понравился материал?
20
Рассказать друзьям:
Категория: Быков В.В. | Добавил: katerina510 (22.09.2015)
Просмотров: 19122 | Теги: Сотников